Клен над моей головой

Время для жизни

«Времени мало для настоящей жизни»
Александр Мень.

Бродила я вчера с младшей дочкой по нашему ближайшему магазину «Лонгос», боковым зрением поглядывая на тот мусор, который она подкидывает мне в тележку и рассеянно выбрасывая все эти снэксы, которые едят её одноклассники: всевозможные хрустелки, вечные, никогда не портящиеся бутерброды в коробочках, йогурты нулевой жирности, но густые, аж ложка стоит, поскольку в них натолкали сто пудов кукурузного крахмала, шоколадные желе, хранящиеся даже не в холодильнике, из такого качественного пластика они сделаны.

Незаметно я их ликвидировала и положила мини-морковки, мандарины, оливки и сырные палочки. При этом я наблюдала, как один молодой русский бизнесмен в расстегнутой турецкой дубленке руководил каким-то межпланетным совещанием директоров или топ менеджеров (очень модная на Руси должность, кого ни спросишь из вновьприбывших, кем работал на родине, отвечают: топ менеджером). Говорил он по-русски по мобильнику, видимо с «партнером» по бизнесу, которому тоже лет так 25, наверное, и давал руководящие указания очень громко, так громко, что непуганые канадоны воспросительно хлопали глазами. Говорил прямо как диктор, главное без остановки, даже когда платил у кассы, и часто в его получасовой речи возникала фраза «больше агрессии в бизнесе!» Ну, короче, крутейший бизнесмен.

Агрессия в бизнесе, агрессия в зарабатывании и хватании денег-баксов-бабла, агрессия в откусывании голов конкурентам, где все средства хороши, агрессия в производстве товаров, вроде того пластикового желе, главное: агрессия в продажах. Глянешь в интернете, даже в любимом, святом - психологии и коучинге... о, господи! Море тренингов, семинаров, школ, лекций и все на одну тему: ПРОДАЖИ! УСПЕХ И ПРОДАЖИ! Ску-у-учно! Ой, скучно мне! И язык у них какой-то нечеловеческий, уже не русский, но еще совсем и не английский! Жесть перемолотая с топ менеджерами, баксами, тендерами и курсами «личностного» роста. А чего не личного-то, индивидуального, на худой конец, а «личностного»?

Я – изысканность русской медлительной речи,
Предо мною другие поэты – предтечи,
В впервые открыл в этой речи уклоны,
Перепевные, гневные, нежные звоны.

Константин Бальмонт.


Одно дело - помочь человеку создать собственный бизнес, распланировать, научить рекламировать себя, выстраивать отношения с клиентами, чтобы не лезли в душу прямо в сапогах, чтобы почти дружить, но не корешиться, чтобы не дальше пуговицы, но помня, что клиент всегда прав, а конкурент – друг, собеседник и партнер по игре в шашки. Это я понимаю, но учить только агрессивному хватанию денег и вдалбливать, что только это одно важнейшее дело и есть в мире... Нет, неправильно.

Моя подруга живет в небольшом городке к северу от Торонто. Эмигрантов там почти нет, если не считать народ старых заездов прошлых лет или даже веков из Англии, Австралии и т.п., короче обычные канадцы, большие и белые. Позвала она мастера по очистке винтиляционных систем, «дакт клиниг». Это полагается делать хотя бы раз в несколько лет, чтобы мощным специальным пылесосом с трубами, насадками и всякой химией почистить все трубы в доме. Дом у них на природе. Приехал тот же мастер, который был у них три года назад, ходил по дому, что-то проверял, оборудованием своим гремел. Потом говорит: «Всё, мэм, я всё проверил, у вас чисто, нет пыли в трубах. Денег не возьму, потому что ничего не почистил». Она говорит: «Как же так, возьмите деньги, работали же, ехали сюда час, оборудование выгружали, проверяли все...» Он говорит: «Нет, мэм, не чистил я, не надо денег.»

А говорят – агрессия. Ну ладно, допустим единичный случай, не в себе мужик. Тогда другой пример, вроде как целая страна не в себе. На самом юге Индии стали строить атомную станцию, или, кажется, даже две станции большие и страшные. Вдруг остановили все и похоже с концами. Почему? Что случилось? А представитель властей говорит: у нас народ - против! Кто? Что? Какой народ? Народ безмолвствует! Должен безмолвствовать. Люди? Кто они такие, когда речь идет об атомной станции и о вложенных капиталах? А индусы гнут свою линию: если народ выступил и сказал, что он против, дескать, мы здесь живем и не хотим опасного монстра под боком, значит, вопрос решенный – станции не будет. А как же вложенные деньги!? А как же деньги, которые еще будут на этом заработаны? Больше всех сокрушались русские инженерно-технические специалисты. Бабло, видать, горело в портмане. А никак. Может это у них философия такая в Индии? А как же жизнь? Для чего дано нам время? Разве не для того, чтобы заработать побольше для себя и детей, пока есть силы?

Вот говорят: Перельман, математик-чудик, теорему доказал, а от миллиона премиальных отказался. Миллион бабла не взял. А знаете ли вы, о чем теорема, которую он доказал? О параллельном существовании и взаимопроникновении ПРОСТРАНСТВ. Чувствуете? Взаимопроникновение пространств... Господи, сколько еще в жизни непонятого, и неизвестно сколько отпущено времени для жизни!
Простим ему, выскочило из головы, бывает. Страшно, когда люди вообще не понимают ничего и не помнят, и не только молодые... как-то Ангелина Вовк, которая мне в мамы годится, с восторженной улыбкой и предвкушением удовольствия на лице торжественно объявила: "А сейчас вы услышите песню о городе на Неве!" типа "Enjoy, people! Сейчас будет весело!" И Гварцетели запела песню на трагические, горло сжимающие стихи Мандельштама о мрачном городе, любимом и родном с детства, где "еще есть адреса", и, может, не все еще "мертвецы" или в лагерях... Слава Богу, что Тамара прекрасно понимала, о чем поет.

Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.

Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,

Узнавай же скорее декабрьский денек,
Где к зловещему дегтю подмешан желток.

Петербург! я еще не хочу умирать:
У тебя телефонов моих номера.

Петербург! У меня еще есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса.

Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,

И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.

Декабрь 1930
Вяземскому теперь нужно сделать передачу специально про Гумилёва. Обязательно. Передача у него, на самом деле, замечательная, я на ней выросла...

"Песня о городе на Неве"... Убойная жизнерадостная нота, которая сегодня считается правилом хорошего тона у ведущих и т.д. - как в рекламе - это страшно. Ещё незабываемо, когда Ахматову, например, именуют "поэтесса" и "Анна Андреевна" - этак по-домашнему, по-свойски.

Между тем сами поэту, даже тесно дружившие, общавшиеся на "ты", никогда друг с другом не фамильярничали. Вот как Георгий Иванов писал - хотя был с Гумилёвым на "ты" - а тот звал Иванова "Жоржик":

Ликование вечной, блаженной весны,
Упоительные соловьиные трели
И магический блеск средиземной луны
Головокружительно мне надоели.

Даже больше того. И совсем я не здесь,
Не на юге, а в северной царской столице.
Там остался я жить. Настоящий. Я — весь.
Эмигрантская быль мне всего только снится —
И Берлин, и Париж, и постылая Ницца.

...Зимний день. Петербург. С Гумилевым вдвоем,
Вдоль замерзшей Невы, как по берегу Леты,
Мы спокойно, классически просто идем,
Как попарно когда-то ходили поэты.
Ответ
Я в холодном Торонто смотрю на экран,
Занесет же судьба человека...
Ты в Свердловске своем сочиняешь роман.
Мы в начале двадцатого века.

Размышляем о вечном, далеком, своем
И молчим. Все без слов понимаем.
Зимний день. Петербург. С Гумилевым втроем
Вдоль замерзшей Невы мы гуляем.

А Берлин и Париж не такая уж дрянь!
И "постылая Ницца" наверно...
Эмигрантскую жизнь... на нее как ни глянь...
Часто люди толкуют неверно.

Я
Сегодня
Подражание Георгию Иванову
Re: Ответ
Замечательно!.. Хотя я наш город не ощущаю Свердловском совершенно - да и он уже не Свердловск... Но это всё неважно, куда интереснее другое.

Я хотела Вам стихотворением ответить, пока от одной строки холодок не пробежал. "Мы в начале двадцатого века". Ну да, у меня в романе сейчас 1910 год начался. 11 лет осталось...

Вот и у Вас XXI век исчез - у меня-то он постоянно исчезает...
Мы в начале двадцатого века
Ну так я же вижу, что сейчас речь про 1910 год:))))